28 мая директор Антимонопольного центра БРИКС Алексей Иванов выступил в сессии “Искусственный интеллект и новая парадигма конкуренции: угроза или драйвер развития трансграничных рынков ЕАЭС?”, которая прошла в рамках V Евразийского экономического форума в Астане (Казахстан).
Искусственный интеллект становится одним из ключевых факторов трансформации экономики, создавая как новые возможности для бизнеса и регуляторов, так и новые вызовы для конкурентной политики. Участники сессии обсудили применение ИИ в антимонопольном регулировании и поиск баланса между защитой конкуренции и поддержкой инноваций.
Глобальный рынок ИИ в 2025 году оценивается в $757 млрд с прогнозом роста до $4,2 трлн к 2035 году.
Алексей Иванов отметил, что ИИ может выступать не только источником вызовов для регуляторов, но и инструментом модернизации конкурентной политики. С одной стороны, цифровые платформы и ИИ усиливают концентрацию рынков и формируют модели, которые по своей логике напоминают картельные структуры. С другой — в ИИ есть значительный потенциал для развития антимонопольного регулирования, поскольку традиционные инструменты конкурентной политики теряют эффективность в условиях динамичных цифровых рынков.
На фото: Алексей Иванов © Евразийская экономическая комиссия
Антимонопольные органы располагают значительными массивами экономических данных, однако их использование остается фрагментарным и ограниченным процедурными рамками. Развитие и применение ИИ-агентов в работе регуляторов, по мнению Иванова, позволило бы перейти к более системному анализу сделок, выявлению рисков концентрации и формированию аналитической базы для регуляторных решений.
“Чем может быть полезен этот агент? Главное — он дает контекстуализированную информацию, а не статическую картину рынка, к которой мы привыкли. Сегодня анализировать рынок “в моменте” уже недостаточно: самого момента практически не существует. Если в индустриальную эпоху изменения происходили относительно медленно, то сейчас ситуация меняется постоянно. Пока мы проводим эту сессию, может выйти новая ИИ-модель, которая повлияет на конкурентную динамику. Поэтому важно находиться не в моменте, а в потоке изменений. Для этого пока не хватает привычной аналитической рамки. Однако технологии уже позволяют выйти на новый уровень анализа конкурентной среды, и ИИ-агенты, на наш взгляд, являются одним из лучших инструментов для этого”.
Задачу по активизации МСП и формированию более конкурентных дисперсных рынков, которая обозначена во всех программных документах ЕАЭС, могли бы решать такого рода инструменты, убежден Иванов.
Директор Департамента искусственного интеллекта и управления данными Министерства искусственного интеллекта и цифрового развития Республики Казахстан Назгуль Бажаева сообщила о внедрении ИИ-агентов в деятельность госорганов.
“Национальная платформа искусственного интеллекта была запущена в этом году и представляет собой конструктор для создания ИИ-агентов. В данную платформу уже интегрировано более 120 баз данных государственных органов, у которых теперь есть возможность создавать своих ИИ-агентов. На сегодняшний день создано уже более 50 таких агентов. Например, eGov AI — персональный ассистент для получения госуслуг, который уже обработал более 2 миллионов обращений и запросов”.
На фото: Максим Ермолович © Евразийская экономическая комиссия
Искусственный интеллект для антимонопольного органа – одновременно объект регулирования и эффективный инструмент контроля, подчеркнул Максим Ермолович, член Коллегии (Министр) по конкуренции и антимонопольному регулированию Евразийской экономической комиссии.
“Анализ экосистем, выявление алгоритмических сговоров, поиск признаков скрытой координации – решение этих задач традиционными методами требует значительных издержек. Нейросети справляются с поиском общеизвестных фактов и агрегированием информации, но полноценный антимонопольный контроль без верификации данных и без экспертизы регулятора невозможен”,
— отметил он.
На фото: Григорий Радионов © Евразийская экономическая комиссия
Опытом применения технологий искусственного интеллекта для выявления антимонопольных практик, в том числе в сфере госзакупок, поделились заместитель председателя Агентства по защите и развитию конкуренции Республики Казахстан Ерлан Альжан и заместитель руководителя ФАС России Григорий Радионов.
“В 2025 году доля раскрытых картелей на торгах с использованием информационной системы [ГИС “Антикартель”] составила 21%. На май 2026 г. доля достигла почти 40%”,
— сообщил замглавы ФАС.
На фото: Елена Заева © Евразийская экономическая комиссия
Директор по взаимодействию с федеральными органами власти Ozon Елена Заева рассказала о применении ИИ на маркетплейсе для противодействия недобросовестным практикам, мошенничеству и введению потребителей в заблуждение. На платформе, где совершается более 100 заказов в секунду, представлено около 400 млн товаров, работают 750 тыс. продавцов и совершают покупки порядка 67 млн пользователей в год. ИИ используется для модерации контента и выявления фейковых отзывов, автоматизации клиентской поддержки и складских процессов, а также для помощи продавцам в создании и визуализации контента и аналитике продаж.
Руководитель по юридическим вопросам Комиссии по конкуренции и потребителям Общего рынка Восточной и Южной Африки (КОМЕСА) Алексия Ваверу осветила подходы к регулированию искусственного интеллекта в рамках организации, объединяющей 21 африканскую страну. Она подчеркнула, что в декабре 2025 года были окончательно приняты Правила КОМЕСА по конкуренции и защите прав потребителей 2025, которые создают условия для развития ИИ и цифровых платформ, одновременно обеспечивая защиту пользовательских данных и противодействие недобросовестным практикам.
V Евразийский экономический форум прошел 28-29 мая 2026 года в Астане (Республика Казахстан) в рамках председательства Республики Казахстан в органах Евразийского экономического союза в 2026 году. Мероприятие ориентировано на участие в нем руководителей крупного, среднего и малого бизнеса государств-членов и третьих стран, руководителей и представителей органов государственной власти стран ЕАЭС, а также руководителей и членов правительств третьих стран, представителей международных организаций, заинтересованных в развитии взаимодействия в рамках Союза.
