Неосознаваемый цифровой монополизм

Цифровые рынки
Неосознаваемый цифровой монополизм
Фото: https://www.newsclick.in/global%20capital-digital-monopolies-new-forms-enclosure 24.08.2021 2065

Сервисы цифровых платформ вроде Google, Apple, Facebook, Alibaba и «Яндекса» стали незаменимой и неизбежной частью повседневной жизни. Однако за удобство пользования их услугами люди платят приватностью и свободой выбора, часто не осознавая этого. Чем опасна монополизация цифрового пространства и как восстановить баланс между интересами корпоративного бизнеса, государства и рядового пользователя?

Ежедневно мы просматриваем ленту новостей, проверяем социальные сети, ищем информацию в поисковике, общаемся со знакомыми в мессенджере. Все перечисленные блага цивилизации пришли к нам вместе со стремительным развитием цифровых платформ. За использование подавляющего большинства цифровых сервисов не взимается плата с пользователей, а взамен предоставляются удобство, комфорт и доступ практически ко всей информации в мире.

Пользователи — это товар

Большинство сервисов цифровых платформ бесплатны. Тем не менее в июле мировые цифровые гиганты отчитались о рекордных прибылях за последний квартал, а за последний год их капитализация выросла вдвое. «Если вы получаете что-то бесплатно, то вы не клиент. Вы — товар» — с такого эпиграфа начинается книга Илая Парайзера «Пузырь фильтров: Как новая персонализированная сеть изменяет то, что мы читаем и как мы думаем» (The Filter Bubble: How the New Personalized Web is Changing What We Read and How We Think). Сегодня уже ни для кого не секрет, что при использовании любого цифрового сервиса пользователь соглашается передать платформе — поставщику этого сервиса — свои данные, которые уже были названы «новой нефтью» (и другими метафорами, олицетворяющими важнейшие для стабильности экономики элементы).

Немногие задумываются, какие конкретно данные собирает платформа, в каком количестве и как она потом их использует. Ответы на эти вопросы хранят цифровые гиганты, призвать к ответственности которые, как оказалось, довольно непросто.

Не так давно стало известно, что Google способен собирать данные пользователей даже при выключенных настройках мобильного устройства. Кроме того, в рамках разбирательства против Google, которое в настоящий момент происходит в США, стало известно, что Google оказывал давление на производителей мобильных устройств, чтобы последние прятали настройки конфиденциальности в «труднодоступных» для пользователя местах.

Facebook, как оказалось, также способен собирать данные не только о кликах и просмотрах в собственной социальной сети, но также получать данные от других приложений, установленных в вашем смартфоне и никак с Facebook не связанных. Благодаря встроенным трекерам социальная сеть может знать, какие товары искал пользователь, информацию о каких лекарствах запрашивал, какую клинику посещал. И делать все это, даже если в приложении выполнен выход из профиля. Такие действия позволяют, по мнению Facebook, «более точно составлять профили пользователей».

Ловушка экосистемы

Проблема цифровых гигантов и используемых ими данных пользователей кроется в их фактически глобальном монопольном положении. Пользователь, решивший отказаться от условий пользовательского соглашения, в большинстве случаев не имеет альтернативы. Невозможно попросить цифровую платформу удалить парочку неудобных пунктов пользовательского соглашения, нельзя согласиться с ним частично. Мы принимаем их полностью либо сознательно обрекаем себя на «цифровую аскезу».

Сложно уговорить всех друзей покинуть Facebook и общаться в альтернативной социальной сети. Довольно непросто в наше время искать информацию, полностью минуя сервисы Google. Сейчас сложно найти мобильное устройство, которое функционировало бы на операционной системе, отличной от Android или iOS. Миграция на альтернативную платформу приносит пользователю заметные неудобства, а также требует значительного количества времени, если она касается переноса данных (контактов в справочнике, списка друзей в социальной сети и т. д.).

Помимо этого цифровые гиганты, разумеется, стремятся сохранить и приумножить свою рыночную власть. История знает примеры сотен так называемых хищнических поглощений, когда глобальная цифровая компания покупала небольшой перспективный бизнес или стартап, который гипотетически мог представлять угрозу или вырасти в полноценного конкурента, с единственной целью — положить конец разработке конкурирующей технологии или полностью взять ее под собственный контроль, чтобы не допустить роста конкурента. Наиболее показательной в этом контексте является приобретение Facebook небольшой социальной сети Instagram в 2012 году за довольно скромные по меркам цифрового мира $715 млн. При рассмотрении этой сделки регуляторы сделали ошибочный вывод, что Instagram является приложением по обмену фотографиями, а не социальной сетью, поэтому «пропустили» сделку без тщательного анализа последствий. Другим классическим примером «хищнического поглощения» является приобретение Google сервиса по размещению и просмотру видеоконтента YouTube, который впоследствии вместо полноценного цифрового игрока стал одним из основных каналов продвижения для Google.

Укрощение строптивых

Рыночная власть, приобретаемая цифровыми гигантами благодаря большим данным, практически не поддается контролю. В мире существуют спорадические попытки введения регулирования в отношении глобальных цифровых компаний, а успешные кейсы в отношении неправомерного использования больших данных в целях устранения конкуренции на рынках являются скорее редким исключением, чем правилом даже в самых передовых с точки зрения развития регулирования юрисдикциях. Дальше всех в данном отношении продвинулся антимонопольный орган Германии — в данной юрисдикции приняты два пакета «цифровых поправок» в конкурентное законодательство, а также рассмотрен ряд дел о злоупотреблении доминирующим положением цифровыми гигантами. Одним их таких дел является антимонопольное расследование в отношении Facebook за неправомерный сбор и использование данных пользователей с других платформ. Решение по этому делу, однако, было впоследствии отменено, поэтому такой опыт, хоть и прецедентный, едва ли можно назвать удачным.

Эта ситуация могла бы регулироваться, а конкуренты могли бы расти и развиваться с помощью включения механизмов антимонопольного контроля. Вот только проблема в том, что существующие практически во всем мире критерии согласования сделок экономической концентрации ориентированы на традиционные рынки и «не видят» того, что происходит в цифровом мире. Небольшой стартап, например, может не иметь существенного оборота, но обладать уникальной технологией, способной коренным образом изменить рынок. Цена приобретения такой компании цифровым гигантом также может быть невысока. Таким образом, цифровой гигант может купить потенциального конкурента, не привлекая внимание антимонопольного органа. Например, упомянутая сделка Facebook—Instagram попала во внимание регуляторов в нескольких юрисдикциях, притом что компании осуществляют деятельность по всему миру. Осознавая масштаб проблемы, в 2020 году Федеральная торговая комиссия США запросила у Google, Apple, Facebook, Amazon и Microsoft информацию о более чем 100 сделках, совершенных за последние десять лет. По словам регулятора, в случае идентификации проблем с развитием приобретенных технологий будут рассматриваться различные меры, в том числе отзыв согласия на совершенную сделку и принудительное разделение компаний.

Кроме того, существует другая проблема: цифровые технологии сложны. Сотрудники антимонопольных регуляторов не всегда имеют исчерпывающие знания о том, как работают коды и алгоритмы. К слову, иногда цифровые компании этим пользуются. В 2017 году при приобретении глобальной социальной сетью Facebook небольшого по меркам того времени мессенджера WhatsApp Европейская комиссия напрямую спросила Facebook, является ли эта сделка попыткой слияния больших объемов данных, которыми располагают компании. Социальная сеть ответила, что не имеет «технической возможности осуществлять подобное влияние». Такой ответ впоследствии стоил компании $110 млн штрафа за предоставление недостоверной информации. За тот же 2017 год капитализация Facebook достигла более $500 млрд, а значит, наложенный штраф компания могла бы гипотетически выплатить 4,5 тыс. раз (примерно 12 раз в день в течение года). Это наглядно иллюстрирует, что угроза штрафа не является проблемой для цифровых платформ.

Попытки переломить ситуацию в настоящее время предпринимаются в основном в развитых юрисдикциях. Ведомство по конкуренции и рынкам Великобритании создало специальный департамент, который будет включать специалистов в области ИТ, дата-аналитиков. Целью создания этого подразделения является стремление регулятора разобраться в собственно объекте регулирования и соответствующим образом пресекать недобросовестные практики, которые появляются на цифровых рынках. Этот опыт хоть и получил высокую оценку антимонопольных органов по всему миру, к настоящему моменту был также частично реализован разве что в США и ЕС.

Глобальный ответ глобальному вызову

Вопросов регулирования цифровых рынков к настоящему моменту накопилось великое множество. Цифровые рынки ежегодно показывают существенный рост, экономическое регулирование объективно не поспевает за развитием данных рынков: у регулирующих органов нет ни правовых инструментов, ни институциональной возможности противостоять недобросовестным практикам цифровых компаний. Цифровые рынки глобальны, и решение проблем регулирования цифровых рынков также должно быть глобальным. Логичным шагом на пути противодействия рыночной силе глобальных цифровых платформ станет объединение усилий регуляторов по всему миру в целях интенсификации сотрудничества, выработки единой политики и механизмов регулирования цифровой среды.

Особенно остро необходимость создания глобального регулирования стоит в развивающихся странах, которые ввиду отсутствия соответствующих законов, ресурсов и знаний не способны противостоять цифровым гигантам. 70% пользователей Facebook живут в Африке и Азии, а Индия опередила США в качестве страны с наибольшим количеством пользователей социальной сети. При этом в отсутствие должного регулирования действия цифровых гигантов в этих регионах можно назвать практически неуправляемыми. При этом цифровые компании, штаб-квартиры которых находятся в США и Европе, ведут себя по-разному в развивающихся странах и у себя дома. Фонд помощи развивающимся странам ActionAid International посчитал, что компании Google, Facebook и Apple могли бы принести бюджетам 20 наименее развитых стран $2,8 млрд, если бы платили справедливый налог за ту деятельность, которую они ведут в этих юрисдикциях. Этой суммы хватило бы, чтобы покрыть расходы по найму 1,7 млн медсестер, которые необходимы развивающимся странам для борьбы с ковидом.

Это еще раз подчеркивает необходимость глобального комплексного регулирования цифровых гигантов, которые уже стали брать на себя квазигосударственные функции. Эпизод с блокировкой Facebook-аккаунта кандидата в президенты США Дональда Трампа — подтверждение тому, что у платформы есть не только социальная функция, но и мнение по ключевым политическим вопросам. В условиях беспрецедентной, и уже не только рыночной, власти только глобальный ответ может поставить цифровых гигантов на место.

Комментарий был опубликован в газете "Коммерсантъ" https://www.kommersant.ru/doc/4947051

цифровые рынки 

Поделиться с друзьями